Мечтали о Таганрогской губернии

Еще в 1816 году все уездные учреждения из Ростова и Мариуполя были переведены в Таганрог.
Таганрогский градоначальник в это время подчинялся Херсонскому военному губернатору. В свою очередь, одесские власти все время пытались оказывать давление на Таганрог. В 1834 году город Ростов-на-Дону был изъят из сферы зависимости Таганрогского градоначальства и подчинен Екатеринославскому (Днепропетровская обл. современной Украины — ред.) губернатору. В Ростов были возвращены все уездные учреждения. Нахичевань и Мариуполь по-прежнему оставались в ведении таганрогского градоначальства до 1859 года. Таганрогские власти не оставляли надежд и постоянно мечтали о своей независимости, всячески изыскивая возможности расширения своего влияния в Приазовье и соседних землях. Казаки сопротивлялись такому расширению влияния, и Примиусье часто становилось предметом раздора между Таганрогом и казачьим Миусским сыскным начальством, находящимся в слободе Больше-Кирсановской.
В 1838 году деятель эпохи Александра I, любившего Таганрог, министр внутренних дел граф Блудов по ходатайству таганрогских властей поднял вопрос об учреждении Таганрогской Петровской губернии. Предлагалось, чтобы во вновь устроенную губернию вошли восточные земли (окраины) Екатеринославской губернии, ногайская земля (Бердянский уезд) и земли Миусские, как местности, связанные общими интересами по естественному тяготению их к Азовскому морю.
Этот проект, как отмечает П.П. Филевский (историк и краевед, считавшийся первым настоящим историком Таганрога — ред.), с таковыми основаниями был одобрен императором Николаем Павловичем.
Затем ревизовавший в 1844 году Таганрогское градоначальство сенатор Жемчужников в своих соображениях воротился к этому взгляду, одобренному императором, и тоже ввиду усиления торговли юго-восточной России находил учреждение Таганрогской губернии весьма полезным. Учрежденный для рассмотрения проектов Блудова и Жемчужникова особый комитет вполне согласился с их предложениями, но дальше этого дело не шло. Этому сильно противодействовало донское войсковое начальство, имевшее свои вотчины в Миусском округе.
При таганрогском градоначальнике генерал-майоре князе Александре Карловиче Ливене снова возник вопрос об учреждении Таганрогской или Петровской губернии. В 1847 году император Николай I повелел приступить к организации новой губернии с тем, чтобы в нее вошли уезды Екатеринославской и Таврической губерний, прилегающих к Азовскому морю. Но Миусское сыскное начальство Войска Донского должно было оставаться, как было: в пределах Донской области. Эта приписка о миусском сыскном начальстве снова все затормозила. Дело замолкло и указом Правительствующего Сената 30 мая 1856 года за недостаточностью средств Государственного казначейства совсем остановлено.
Но в 1884 году проблема административных изменений в управлении краем снова всплыла. Таганрожцы не хотели мириться с владычеством Одесской администрации. Толковали не столько о составе новой административной единицы, сколько о том, в каком городе будут губернские учреждения — в Ростове или Таганроге. В пользу Таганрога категорически высказалось Мариупольское земство, и это было очень важно, так как это высказывание было голосом со стороны.
Одесский генерал-губернатор был всегда настроен против Таганрога и в октябре 1884 года приехал решать вопрос о Таганрогской губернии не в Таганрог, а в Ростов-на-Дону. Он собрал совещание из следующих лиц: городской голова Ростова А.М. Байков, голова Нахичевани Г.К. Салтыков, председатель Ростовской земской управы Г.М. Сарандинаки, председатель съезда мировых судей Баташев. На этом совещании присутствовал также екатеринославский губернатор барон Рокасовский.
Голова Байков высказал мнение, что для Ростова важно иметь свой собственный административный центр, а поэтому следует его вовсе выделить из губернского управления. Салтыков считал, что для губернского города важно не только географическое положение, но и коммерческое значение. На это одесский генерал-губернатор ответил, что Таганрог уже торгового значения не имеет, а Ростову (хоть он и имеет торговое значение) губернским городом не быть. И совсем неожиданно губернатор предложил: «Губернским городом должен стать Мариуполь». Спустя год министр внутренних дел сделал царю доклад о предполагаемом устройстве Приазовского края.
Донские атаманы тоже не сидели сложа руки и активно выступили против этого доклада; он не был одобрен вследствие того, что Миусский округ присоединить к новой губернии неудобно, а без этого присоединения образуется «чересполосность». 19 мая 1887 года было принято «соломоново» решение: Таганрогское градоначальство упразднить, а его функции передать Донской области. Так безуспешно закончились попытки создания Таганрогской губернии.
Новые помещики из донских казачьих полковников и генералов своих имений не уступили. Из Таганрогского градоначальства был образован Таганрогский округ, в состав которого вошли: само Таганрогское градоначальство, Миусский округ и первый стан Ростовского уезда. Таганрогский округ был разделен на восемь заседательских участков, а местопребыванием окружного начальства назначен Таганрог. Все права и обязанности, лежавшие по закону на Таганрогском градоначальнике, отныне возлагаются на войскового атамана Войска Донского и областное Правление.
В Таганрог было переведено Миусское окружное полицейское управление; все миусские окружные учреждения, не подлежащие упразднению, переименованы в Таганрогские окружные. Официальное объединение Таганрогского градоначальства с Миусским сыскным начальством и вхождение Таганрога в Область Войска Донского состоялись 1-го января 1888 года. С перенесением центра административного подчинения в Новочеркасск Таганрог, как пишет П.П. Филевский, по крайней мере спасся от одесского ига и опасности попасть в ростовское подданство.
Но тот же Филевский, описывая иностранное торговое засилье в Таганроге в конце XVIII и начале XIX веков, прежде всего греческое засилье, сетует на донских казаков и говорит, что они «…тоже пользовались вновь приобретенными землями, захватывая как соседи, хорошо знавшие местные условия, лучшие участки. Они заняли место от Кальмиуса до Дона и до Северского Донца. Эта колонизация дурно отозвалась на интересах русского населения, ибо казаки задерживали обильное переселение к Азовскому морю из Средней России, останавливая переселенцев и поселяя их около своих зимовников; вследствие этого берега Азовского моря были предоставлены главным образом иностранцам, которые обособились, и потом уже русскому элементу трудно было установить здесь свое торговое значение, которое, естественно, развилось бы, если бы русские одновременно с греками начали свою деятельность». Казаки же в свою очередь тоже обижались.
Историк А.П. Пронштейн в своей книге «Земля Донская в XVIII веке», изданной в Ростове-на-Дону в 1961 году, указывает, что «на протяжении XVIII века со стороны русских и украинских дворян и купцов было сделано немало попыток вытеснить казаков из особенно богатых рыболовных мест и Нижнего Подонья, но войско (казацкое) успешно отражало эти попытки».
Продолжение следует.
На архивных фото: ул. Петровская.