«Старикам везде у нас дорога…»

Зимний вечер, а на улице тепло. Для Херсонщины такая погода зимой — норма. Тут даже морковку и бурак (свеклу) местные не выкапывают, а берут, когда надо, прямо с огорода. Морозов таких, как на северах, нету. Для наших сослуживцев-северян это было удивительно.
На наш пункт временной дислокации прибыли КамАЗы с боеприпасами и продуктами. Объявлен общий сбор на разгрузку.
Личный состав стал быстро разгружать борты. При этом сам командир отряда (позывной «Балу») не посчитал зазорным участвовать в разгрузке. Сам он из Новосибирска. Высокий, здоровый, в свободное время кидал гирьки (спортсмен-гиревик).
Груз с продуктами — легкий, а ящики с боеприпасами — по 60-70 кг. На многих старых ящиках ручки отломаны. Их тяжело переносить.
«А где это наша молодежь?» — вдруг обратил внимание командир (наша молодежь — это новое пополнение, спортивные и накачанные бойцы от двадцати до сорока лет).
«Они сдулись от тяжести и пошли в дальнюю курилку», — заметил «Агат», 68-летний инженер-доброволец, сухопарый мужчина, выглядевший моложе своих лет.
«Пойдем, «Агат», покажешь их нычку», — сказал командир.
Они зашли во времянку — сбитое из жердей, обтянутое пленкой и масксетями помещение. На лавочках возле длинного деревянного стола в спальниках спали водители, не обращая внимание на громкие разговоры молодого пополнения. Водителям нужно было быстро привести себя в порядок, после разгрузки отогнать, «заныкать» машины, чтобы противник не уничтожил всю технику, и с утра затемно — опять в дорогу. Они практически не отдыхают. Вот и прилегли в курилке, пока шла разгрузка бортов.
Молодежь не ожидала увидеть здесь командира.
«У вас что, здоровья не хватает? А ну живо на разгрузку! — отдал команду «Балу». — Мышцы накачали, а ящики с грузом им разгружать?» — показал он на пожилого бойца.
«У нас не те мышцы накачаны. Не для того, чтобы ящики таскать. Вот в бою мы себя покажем. А какой с него толк в бою?» — кивнул на «Агата» один из молодых красавцев-культуристов.
Командир с «Агатом» переглянулись, и улыбнулись оба. Они уже повоевали и знали, кто на что способен. А молодежь, сбежавшая в курилку, — из вновь прибывших еще себя не показала. Среди них — самый болтливый 22-летний Иван. Он придумал себе позывной «Фрост». Но мы, воевавшие с 2014 года, знали, что это не только позывной одного из наших разведчиков, но и одного из боевиков, воевавших в «Азове» (запрещенном в России бандформировании). Поэтому быстро из «Фроста» сделали ему позывной «Хвост».
Иван — светловолосый, голубоглазый разгильдяй. Из колледжа его выгнали за неуспеваемость и за то, что влез в какую-то темную криминальную историю. В общем «косячник» по жизни, но не сыкун, то есть не трус. За второе качество ему в отряде многое прощалось.
«Стоило нас беспокоить. Тут старики и без нас уже почти управились, — пробубнил «Хвост» вслед командиру. — Старикам везде у нас дорога».
«Балу», услышав реплику «Хвоста», распорядился: «Завтра с утра в полном снаряжении с брониками и оружием — на пляж. А сейчас — командирам отделений в штаб, остальным на разгрузку!»
На следующий день на море штормило. Ветер сбивал с ног. Но командир своего распоряжения не отменял. Занятия с бойцами проводил герой ЛНР Витя Сокол — личность легендарная.
На мирном когда-то пляже между «грибками» и раздевалками бойцы начали «работать» сначала «двойками», затем «тройками», прикрывая друг друга.
«Хвост» и его друзья из вновь прибывших быстро запыхались, пришли к финалу занятий мокрыми от пота.
«Агат» и другие «старики»-сослуживцы в отличие от «накачанной» молодежи чувствовали себя нормально. Им было не привыкать ящики со снарядами таскать и в бою суметь выжить.
Такие занятия у нас были постоянными. «Старики» передавали свой опыт молодым бойцам, учили всему — «работе» на «фаготах» и «корнетах» (гранатометах), на пулеметах и других видах оружия.
Личное оружие — автоматы мы носили на себе постоянно не только в бою, но и спали с ним, ходили в столовую. Лично я настолько привык к автомату, что первое время в госпитале чувствовал себя без оружия голым.
Однажды к нам прибыл командующий нашей группировкой. С каждым из нас пообщался, спросил, где служил, в каких войнах участвовал. С особым уважением он разговаривал с «Агатом» — бойцом 68 лет и «Захаром» — водителем КамАЗа, которому 73 года, бывшим афганцем.
Командующий остался доволен и внешним видом бойцов, и нашим боевым духом. Отряду была поставлена боевая задача, и мы с нею справились. И молодежь не подкачала.
«Добрый», ветеран СВО.