Далекое детство. Мы с семьей жили в нижней части переулка Горный. За нами — ни улиц, ни строений, с весны трава по пояс, аромат цветов. Тишину нарушали только заливистое пение соловьев да перекличка птиц, слетавшихся на водопой к ручью, журчащему по балке к Миусу. И в этом разнотравье как-то одиноко выглядел скромный металлический памятник, увенчанный пятиконечной звездой. Родители говорили: там похоронен солдат.
Со временем вдоль балки, начинавшейся от молзавода, появились дома, на километровом пустыре возник переулок Южный. А неизвестного солдата покровчане перезахоронили на местном кладбище.
Глубоким, неизмеримым трагизмом было наполнено наше освобождение. 833 тысячи советских солдат с середины октября 1941 года и по 30 августа сложили головы на Миус-фронте. Почти два года гитлеровцы создавали здесь мощную глубокоэшелонированную оборону. Гитлер обозначил укрепрайон по Донецкому кряжу как «новую границу Рейха». Такая вот арифметика. Если Ростов, а вместе с ним села Советка, Синявское, Приморка были освобождены в середине февраля 1943 года, то затем нашим войскам понадобились долгие шесть с половиной месяцев, чтобы окончательно сломить сопротивление врага на миусских рубежах.
Советские армии неоднократно: и в 1941-м, и в 1942-м, и в 1943-м предпринимали попытки овладеть ими. И все они заканчивались огромными потерями, на некогда мирных полях собирала свою мрачную жатву смерть, а в наших хуторах и селах со временем появились многочисленные памятники солдатам, не вернувшимся с войны.
Неизвестность о судьбе родного человека — тяжелая и тогда, и сегодня ноша для сотен и сотен тысяч семей, передающаяся как эстафета новым поколениям. Время, говорят, лечит, но память неизменно будет возвращать в то далекое и близкое лихолетье. Тысячи и тысячи героев, наших защитников, остались навечно на неклиновской земле. Только на западной окраине села Некрасовка, вблизи пруда, где стоял военный госпиталь, похоронено свыше трех тысяч погибших и умерших от ран советских солдат и офицеров. Подавляющее большинство числятся неизвестными, и практически в каждом населенном пункте в братских могилах лежат безымянные наши отцы, деды и прадеды.
После первых же дней освобождения местные жители стали свозить погибших на полях сражений, хоронить, ставить первые скромные памятники. Но немало было случаев, когда в годы оккупации, несмотря на жесткие запреты, хоронили ночами и своих расстрелянных фашистами земляков, советских военнопленных. Можно ли такой народ сломить?!
Победный мая 1945 года. Стали возвращаться домой израненные, измученные, выстоявшие в битвах фронтовики. Мы, дети послевоенных лет, помним, сколько мужчин было тогда в наших школах. Прошедших огненные годы, боль утрат боевых товарищей, скромных в воспоминаниях, с непререкаемым для нас авторитетом. И они, кому повезло остаться в живых, по долгу совести перед навернувшимися, по долгу светлой памяти о них возглавили в школах поисковое движение, вовлекая в него и детей, и взрослых.
В Покровской средней школе №1 (НОК) поисковую работу организовали преподаватели истории Иван Максимович Деревянченко и Сергей Владимирович Смыков. Это их усилиями на территории школы появился единственный в районе памятник учителям и выпускникам, воевавшим на фронтах Великой Отечественной. Из 70 призванных в армию 20 погибли. По крупицам удалось установить имена и фамилии четырех преподавателей и 14 выпускников 1940-1941 учебного года. Обелиск в виде устремленных вверх солдатских штыков был открыт в начале 80-х годов, а Сквер Памяти заложен в 1995 году.Оба фронтовика-историка провели огромную работу по созданию в районном военкомате комнаты боевой славы с биографиями и портретами героев-земляков, и все призывники района получали здесь уроки патриотического воспитания.
В целом, именно на школы в послевоенные годы легла большая ответственная работа по созданию списков односельчан, погибших на войне. Вместе с сельскими советами, местным активом день за днем, из месяца в месяц совершался подворный обход, кропотливо уточнялись данные о своих земляках. В разное время, но на всех памятниках, обелисках, на гранитных плитах появились имена и фамилии как без вести пропавших, так и тех, кто был захоронен в конкретных местах. Попутно поисковые группы вместе с жителями и очевидцами событий через обращения в архив Министерства обороны установили множество фамилий погибших красноармейцев, уточнили происхождение безымянных могил в окрестности сел и хуторов.
Безмерной была радость родных и близких, когда из неклиновской земли приходила весточка о найденном их муже, отце, сыне, брате, и сколько незабываемых встреч вошли в историю сельских поселений.
Уже в 2014 году поисковикам военно-патриотического объединения «Скиф» удалось установить фамилию одного из солдат, погибшего осенью 1941 года в боях за Б.-Неклиновку, разыскали их родственников. И с тех пор на могилу дедушки Василия Андреевича Черноиванова приезжают его внуки.
8 марта 1942 года наши войска предприняли очередную попытку прорвать оборону Миус-фронта. На окраине Покровского была подбита «тридцатьчетверка», фашисты предложили танкистам сдаться, но те запели «Интернационал». Тогда они облили танк бензином, и он превратился в пылающий факел. Долгое время имена героев оставались неизвестными.
Тогда ребята Покровской средней школы №2 вместе с учителем истории Виктором Григорьевичем Тимошенко обратились в Центральный архив Министерства обороны СССР. Оказалось, командиром танка был Герой Советского Союза майор М.В. Юдин. О подвиге героев рассказала газета «Красная Звезда». На очерк откликнулся единственный оставшийся в живых участник того боя майор запаса из Новошахтинска Михаил Васильевич Силантьев. В день 35-летия Победы на место гибели экипажа приехали родные и близкие М.В. Юдина и его выживший однополчанин. Установлены были и имена остальных танкистов. Так вернулись из небытия еще одни герои, а на месте их подвига, недалеко от школы, воздвигнут памятник.
В поселке Новоприморском 12 ноября 2010 года в братскую могилу было перезахоронено 60 воинов, числившихся пропавшими без вести. Но ребятам из поискового клуба «Память-Поиск» удалось установить фамилии пятерых защитников донской земли и найти их родственников. Сколько слез было пролито во время перезахоронения, сколько слов благодарности услышали поисковики, работники местной администрации за то, что их близкие люди наконец-то обрели покой в братской могиле.
19 сентября 1968 года учащиеся Троицкой средней школы во дворе одного из жителей села нашли останки двух защитников села. Ими оказались жители Армении Карапет Саркисович Асатурян и Паргеф Карапетович Манукян. Через сельский совет начались поиски их родственников, и те нашлись. 6 декабря того же года, как вспоминают очевидцы, жители села встретили их с большой любовью, утром возле захоронения состоялся митинг, возложили венки и зажгли эвкалиптовую смолу, привезенную родственниками из далекой Армении. Такие встречи продолжались долгое время.
Редко, но иногда благодаря поисковикам приходили весточки из разных краев о найденных земляках. 6 мая 2010 года в селе А.-Мелентьево состоялась торжественная церемония перезахоронения останков земляка Василия Шулякова. Родные потеряли с ним связь в июле 1941 года. Прошло 69 лет. И вот поисковиками объединения «Патриот» и «Днепр» (г. Киев) и отряда организации ветеранов Афганистана (г. Белая Церковь, Украина) были подняты останки бойца, при котором помимо каски, штык-ножа, двух гранат был еще медальон с запиской и ряд документов. По ним и удалось установить личность: заместитель политрука Василий Максимович Шуляков, уроженец села Дарьевка Мокро-Сарматского сельского совета. Говорят, что, когда удается установить имя бойца, он как будто рождается заново. Вот так Василий Максимович обрел на родной земле свою вторую жизнь.
В день освобождения мы приходим к памятникам и обелискам, братским могилам, возлагаем цветы, чтим минутой молчания наших известных и безвестных героев. Где-то тоже к могилам павших приходят люди с благодарностью за их подвиг. Не жалейте времени на святое дело памяти. Без жертвенности наших защитников Отечества — не было бы ни настоящего, ни будущего.
Н. Морозов, председатель районного совета ветеранов войны и труда.
Фото С. Авдеенко.
